Павел Солодкий, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Нижегородской области

Павел Солодкий, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Нижегородской области

Год назад в Нижегородской области появился бизнес-обмудсмен. Какие предпринимательские проблемы удалось решить за это время, а что продолжает сдерживать развитие бизнеса в регионе?

Павел Солодкий, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Нижегородской области


БИЗНЕС В НОВЫХ УСЛОВИЯХ
Павел Михайлович, прежде всего, как вы оцениваете нынешнюю экономическую ситуацию в стране? Какие проблемы стоят перед бизнесом наиболее остро?
Экономические условия труднейшие. Мы столкнулись не только со скачками доллара и высоким уровнем инфляции, но и недоступность кредитов, их высокой стоимостью, невозможностью закупки целого спектра технологического оборудования. Целый ряд компаний находятся на грани банкротства, потому что по кредитам, полученным три-четыре года назад, банки подняли процентные ставки. Во время кризиса 2008 года государство спасало олигархические структуры и крупные предприятия. Малый и средний бизнес выплывал сам. Выплыли и пережили далеко не все. Сегодня волна кризиса может накрыть нас еще более жестко. Это касается каждого жителя нашей страны. Потому что мы с вами потребляем продукты питания, другие повседневные товары, пользуемся транспортом, и высокие цены по кредитам закладываются в эти цены. Отсюда инфляция. Уже прошел анонс, что с 2016 года могут разрешить повышение тарифов на электроэнергию на 20%. Но в мае прошлого года на встрече с Владимиром Владимировичем Путиным в Воронеже мы показывали, что повышение тарифов госмонополий и вызывает инфляцию. Можно спорить о вопросах, что первично, инфляция или тарифы монополий и процентные ставки банков, но факт остается фактом – в те периоды, когда тарифы монополистов не увеличиваются, когда банковские ставки на приемлемом уровне – инфляция не растет.
 ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ЕЩЕ И НЕДОВОЛЬНЫ
Что в этих условиях делал Уполномоченный по защите прав предпринимателей Нижегородской области?
 Институт уполномоченного работает четко в рамках закона: по жалобам, которые к нам приходят от предпринимателей. За прошлый год к нам поступило 1 078 письменных или устных обращений. Чтобы обеспечить больше контактов с предпринимателями, была создана общественная организация «Центр общественных процедур по борьбе с коррупцией», назначены общественные представители уполномоченного во всех районах области, проводились выездные обучения в районах. Очень большую работу делает Торгово-Промышленная палата Нижегородской области, их юридический департамент нам активно помогает. А жалобы к нам поступают очень разные. Одни затрагивают одного - двух юридических лиц, а были и обращения, касающиеся тысяч, а порой и десятков тысяч людей, которые завязаны на тот или иной бизнес. Это учитывается при рассмотрении жалоб, но помогали мы и совсем мелким предпринимателям, обращавшимся по несущественным в государственных масштабах делам. Мы смотрели, как в той или иной проблеме можно найти выходы с помощью муниципальных, областных, федеральных структур или ведомств силового блока, старались открыто обсуждать проблемы на площадках общественных организаций. Это очень важно – выносить проблемы в публичную плоскость, чтобы появилась вера в то, что можно их решать. Чего греха таить, порой приезжаешь в район, встречаешься с предпринимателями, а у них руки опустились, ни во что уже не верят. Поэтому важно то, что у нас появились истории успеха. За год удалось помочь десяткам предпринимателей. Но это все в ручном режиме. С одной стороны, я призван помогать конкретным предпринимателям, но с другой, на их примерах мы вычисляем системные проблемы и стараемся и решать. Если это системный вопрос, уполномоченный по защите прав предпринимателей при Президенте Российской Федерации Юрий Михайлович Титов выходит на правительство, Президента или Государственную Думу, чтобы решать его сообща.
Где наиболее узкие места? На кого чаще всего жалуются? С кем труднее всего работать?
У нас на сайте есть статистика количества обращений. Но тяжелее всего, наверное, там, где власть на местах старается не содействовать бизнесу, а встать над ним. А после нашего вмешательства обижается: «Они еще и жалуются, еще и вопросы задают и что-то требуют»! Будто предприниматели – это крепостные. У нас была практика, когда мы по одной жалобе были вынуждены выезжать в Кулебакский район несколько раз, приглашать туда СМИ с телекамерами и показывать сюжет всей области. Предприниматели купили цех, чтобы изготавливать мебель, (а нужно понимать, что производство в районах области составляет в малом бизнесе 5-10%, в основном – торговля) и попросили разрешения за свой счет проложить 30 метров дороги к нему по муниципальной земле. Власть запретила. Объяснили запрет нежеланием того, чтобы по поселку ездили грузовики с мебелью. Пришлось встречаться с главой района, с членами комиссии, потом обратиться к губернатору. Лишь после вмешательства Валерия Павлиновича вопрос стал решаться быстрее. Такое отношение к предпринимателям не может не удивлять, но оно распространено. 23 апреля я отчитывался о своей работе перед правительством Нижегородской области. После моего отчета вышел представитель администрации города Нижний Новгород и посетовал на то, что я их беспокою по мелочам: «Мы не заплатили тому или иному предпринимателю за работы, выполненные в 2014 году, по 300-700 тыс. рублей. Стоило ли обращаться из-за этого пустяка к губернатору»? (Общий долг администрации Нижнего Новгорода перед предпринимателями по состоянию на 1 января 2015 года превышает 1,5 млрд рублей). Ну как объяснить чиновнику, что предпринимательнице, которая выиграла тендер и по наименьшей цене качественно выполнила заказ, но не видит своих денег уже полгода, сейчас семью кормит нечем!? Да, обратились с жалобами ко мне единицы, но разве общий размер бедствия в 1,5 млрд рублей – это тоже мелко? Так, может, вы публично озвучите, каков график и порядок погашения? Мы начали эту работу несколько месяцев назад, поработали в депутатских комиссиях, но так и не выяснили, как будут гаситься эти долги. На самом деле, при соблюдении бюджетных правил, на конец года не должно быть таких проблем. Законом запрещено проводить тендеры, не подкрепленные финансированием. Кроме того, серьезной проблемой остаются бесконечные проверки контрольно-надзорных органов.

До сих пор! Ведь Президент в своем послании ограничил их еще в декабре…
Есть заявление, но решение не подписано. Мы ждем, что прокуратура с 1 июля будет присваивать отдельный идентификационный номер каждой плановой или внеплановой проверке, чтобы хотя бы отслеживать их количество и понимать, кто страдает из-за внимания контрольно-надзорных органов больше всех. Но распоряжение Президента пока не подписано, а проверки идут, и изымают и арестовывают… А что такое для многих предприятий изъятие оргтехники? Во многих случаях через пару месяцев ее уже некому отдавать. И, к сожалению, пока этот процесс не остановлен. Очень многое из доклада Бориса Юрьевича Титова, который был представлен Президенту в прошлом году, было использовано для подготовки несколько десятков указаний и распоряжений тех или иных законодательных актов. Многие из них подготовлены, но пока не подписаны. И мы все ждем их воплощения в жизнь. Какое из дел по жалобам предпринимателей было для вас было самым трудным и самым легким в прошлом году? Самые трудные дела пока не реализованы. Из реализованных же мне вспоминается мелкое, вроде бы, дело по жалобе предпринимательницы из Ветлуги. Она уже десять лет занимается аптечным бизнесом и имеет две аптеки. Помещение для одной из них арендует у Санэпидемстанции. Четыре года тому назад договор аренды закончился, изменилась форма собственности на помещение, нашлись бюрократические сложности... Ей не отказывали в продлении договора, но каждый раз предлагали подождать. Арендную плату она все эти годы исправно платила без договора. Прокурорская проверка выявила, что она целых четыре года работает без договора аренда, а значит и без лицензии на эту точку. Подали в суд на незаконное предпринимательство. Я обратился к главе района, потом к губернатору… Вопрос удалось решить только, встретившись с руководителем Роспотребнадзора Российской Федерации. Никто ниже его не принимал решения о сдаче в аренду небольшого помещения Санэпидемстанции в Ветлуге! Представьте, сколько слез вылила эта дама, узнав, что договор аренды с ней заключил лично федеральный министр! А самое легкое? Наверное, по обращению предпринимателя, который начал строить кафе в заречной части Нижнего Новгорода. Купил участок, подготовил проект, но ему не давали распоряжения на строительство, поскольку у него не было проекта на радиоточку ГО и ЧС. За разработку этого проекта наша телефонная компания затребовала 560 тыс. рублей. Когда он поинтересовался, во что ему обойдется сама радиоточка, сказали, что не менее 2 млн рублей. Спасибо руководителям ГО и ЧС, которые после нашего обращения разрешили провести точку по беспроводной схеме, чтобы не тянуть линии через жилые кварталы.

СИСТЕМНЫЕ РЕШЕНИЯ ВМЕСТО ИМИТАЦИИ ПОДДЕРЖКИ
 Вы рассказали про работу по конкретным жалобам. А как решаются системные вопросы?
Одно из предложений института уполномоченных, который мы подали на федеральный уровень – это дать возможность объявления налоговых каникул предпринимателям, которым задолжали государство или муниципалитеты. Что происходит? Коммерческая структура выиграла тендер, взяла кредит и качественно выполнила госзаказ по минимальным ценам. Бюджет не расплачивается за выполненные работы несколько месяцев. В компанию приходят представители налоговой службы и за неуплату налогов подают иск на банкротство. Потом приходят представители прокуратуры и возбуждают уголовное дело за несвоевременную выплату заработной платы… Я считаю, что такие вещи недопустимы. В докладе, который я подготовил по итогам 2014 года, а я обратил внимание на то, что в 2015 году вступают в силу законы, которые принимались в совершенно других экономических условиях. Так, с 1 июля планируется ввод в действие федерального закона, отменяющего приоритетное право предпринимателя выкупать помещение, которое он арендовал до этого. Мы сейчас просто кричим о том, что нужно продлить действующий порядок на пять лет. Возможно, нас услышат. Мы кричим и о том, что нельзя заставлять платить налог на недвижимое имущество предпринимателей, работающих на упрощенной системе налогообложения. Люди в шоке. Они мне говорят: «Наши парикмахерские еле выживают. Кредиты недоступны, покупательская способность населения снизилась, косметические средства и оборудование подорожали». А в это время вводится в действие закон, который был принят в 2013 году. Если нас не услышат на федеральном уровне, возможно, подправить этот закон удастся на региональном. Я вышел на губернатора, показал лучшие практики льготирования социально ориентированных предприятий по стране. А такие практики существуют, в том числе, и на территории ПФО. Там понимают, что сук малого бизнеса пилить нельзя, потому что началось сокращение персонала в крупных компаниях. А куда идти сокращенным сотрудникам, если предложений рабочих мест становится меньше? Молодые, активные, здоровые могли бы себя попробовать в бизнесе, но входной барьер высок. Этот барьер нужно опускать. Поэтому еще одно предложение, которое институт уполномоченного лоббирует на федеральном уровне – это введение патентной системы для самозанятых. Что это такое? Такая система существует во многих странах. Человек занимается частным бизнесом без найма персонала: он самозанятый. К примеру, зубной техник, часовой мастер или ветеринарный врач. Покупает одну бумагу на квартал или полгода и официально работает. Это должно быть просто и недорого. Заплатил несколько тысяч рублей в своей районной администрации и все. Бюджеты могут недосчитаться налоговых поступлений. Сегодня теряется значительно больше, потому что все больше и больше людей уходят в тень. Около 60% малых компаний платят зарплату в конвертах. Все больше людей вообще никак не регистрируются. А у нас проверяют именно того, кто зарегистрирован. Если ты не зарегистрирован, то нет и предмета для проверки. Получается замкнутый круг: те, кто платит налоги и белую зарплату, кто переносит бесчисленные проверки, вынуждены конкурировать с теми, кто ничего не платит. Зарегистрированные и законопослушные теряют свою конкурентоспособность, а чтобы восстановить ее – уходят в тень. Хоть что-то в развитии предпринимательства за год улучшилось? В бюджете 2015 года выделено значительно больше средств на поддержку предпринимателей. Но без серьезных решительных мер, эти меры поддержки – примочки. К примеру, для решения проблем сельскохозяйственного бизнеса выделено действительно много денег. Но они даются на компенсацию процентных ставок по кредитам. А это означает, что банк должен сначала дать кредит, а потом расходы на него компенсируют компании - заемщику. А банки почти не кредитуют аграриев с ноября прошлого года. Много хороших решений продекларировано, но заканчивается уже первый квартал, а мы все собираемся их внедрять. За эти месяцы тысячи компаний закрылись, тысячи собираются закрыться. Предприниматели слышат о намерении поддержки, но не видят дел. Нужно смелее вводить те законы, которые облегчают ведение бизнеса. Это и снижение контроля и надзора. Проверки должны носить совершенно другой характер – действительно опасных объектов или предприятий, на которые поступают жалобы. Нужна упрощенная система регистрации и патентов, что может дать многим людям возможность начать свой бизнес. Нужно резко повысить доступность кредитов при ставке не более ключевой ставки ЦБ + 5%. А ЦБ должен снижать ставку и обеспечить кредитную поддержку проектов по производству, импортозамещению и сельхозпереработке. Мы должны четко понимать, что санкции – это надолго. Поэтому нужно быстрее перестраивать экономику, быстрее создавать рычаги и механизмы для развития малого и среднего бизнеса, а не имитировать поддержку предпринимательства.

Возврат к списку

Наверх